Культурные индустрии как симулякр

Феномен культурных индустрий можно рассмотреть под углом зрения теории симулякров и симуляции французского социолога, культуролога и философа-постмодерниста Жана Бодрийяра, представляющего современность эрой тотальной имитации, которую можно обнаружить во всех социальных и культурных процессах.

В своем трактате 1981 года он переосмысливает понятие, введенное еще древнегреческими мыслителями и актуализированное его современниками Ж. Батаем, П.Клоссовским и А. Кожевым.

Культурные индустрии как симулякр

В настоящее время прочно укрепилось то прочтение, которое ввел Ж. Бодрийяр, подразумевая под симулякром не просто копию, но ту, которая либо никогда не имела оригинала, либо уже утратила его.

При этом симулякр в понимании Ж. Бодрийяра имитирует несуществующее и маскирует свой обман фальшивыми характеристиками, формирует ложную потребность и искусственный дефицит.

В таком случае весь человеческий опыт, сохраняющийся в символах и знаках, является симуляцией реальности, и современное общество в этой связи утратило ощущение реальности.

По мнению Ж. Бодрийяра, в настоящее время симулякрами замещены вера, история, власть и даже производство: люди делают вид, что занимаются трудом, в реальности только имитируя его, поскольку каждый должен быть при деле.

Одна из главных причин, почему наше понимание действительности не релевантно реальности, заключается в тотальном засилии средств массовой информации, которые, воздействуя, деформируют ее.

Интересно
Отдельно Ж. Бодрийяр останавливается на случае семьи Лауд, члены которой стали героями первого в мировой истории телевидения реалити-шоу еще в 1971 году. По этому поводу автор пророчески замечает, что теперь не ты смотришь телевидение, а телевидение смотрит тебя.

И, действительно, возможности интерактивного телевещания позволяют сегодня подробно изучать вкусы и пристрастия аудитории, формировать контент под запросы конкретного потребителя.

Именно массовые коммуникации, от которых зритель ждет развлечений, скандалов, насилия и провокаций, проецируют эти желания в реальность, заставляют кошмарные фантомы, затаенные в подсознании, приобретать формы проявления в реальной жизни людей.

В своем исследовании Ж. Бодрийяр приводит аргументы в пользу того, что современный мир, пронизанный коммуникационными каналами через средства массовой информации, порождает в общественном сознании свою виртуальную копию, искаженную, фальшивую, своего рода искусственную матрицу (этот образ и отсылку к работе философа использовали создатели одноименного американского культового фильма-боевика).

При столкновении оригинала со своей копией неизбежна катастрофа, поскольку точным может быть только то, что приближается к истине, а абсолютный клон претендует на то, чтобы занять ее место.

Живое и мертвое сплетаются в уродливый симбиоз, в котором не остается ни смысла, ни ценностей, ни морали, ни способности к существованию и продолжению рода, это похоже на исход автомобильной аварии, когда человеческая плоть разорвана обломками.

В своем крайнем значении теория симулякров и симуляции предполагает, что действительный мир уже уничтожен. Ход развития истории сейчас определяют технологии и автоматизированные системы, а все остальное, что мы видим вокруг: медиа, публичная политика, искусство, взаимоотношения людей, бизнес, социальные процессы — не больше чем игровые симуляции, в которых пресыщенность и бесчувственность достигли такого предела, что живое проявление эмоций возможно только в кризисных состояниях.

Всю нашу жизнь можно представить в качестве безумной игры, в которой каждый игрок стремится посильнее пощекотать себе нервы. Безусловно, такое положение определяет проблемную категорию развития современной цивилизации.

Если искусство само по себе, в качестве наивысшего проявления художественной деятельности, является имитацией реального мира, то культурные индустрии в свою очередь могут восприниматься как симулякр искусства. В культурных индустриях продукты массового выпуска являются копиями аутентичных предметов, явлений народного творчества и профессионального мастерства.

В крайних формах они, лишенные ауры оригинала, имитируют духовную или материальную ценность, создают пустую атрибутику, в которой отсутствует смысловое и сакральное содержание.

Стилизованная продукция более практична для обиходного употребления и, несомненно, более выгодна в экономическом плане, чем производство эксклюзивных предметов искусства или изделий народных промыслов, выполненных с применением традиционных технологий.

В этой связи напрашивается вывод о том, что возникновение культурных индустрий оправдано лишь в том случае, если процесс их формирования и распространения управляем.

Использование культурной продукции, полученной индустриальным способом, должно быть оправдано, например, утилитарными целями.

Интересно
Так, подделки допустимы там, где нет возможности удовлетворить спрос, в том числе продиктованный духовными устремлениями потребителей, естественным путем — через создание качественных, соответствующих ритуалу и традиционной технологии воспроизводства продуктов/текстов/смыслов.

Копия уместна, например, если делается попытка популяризировать образцы культурного наследия с целью приобщения широкой аудитории к сакральным знаниям. Иными словами, тень должна знать свое место.

Несоблюдение этого принципа грозит серьезными потерями. Точно так же как чрезмерное увлечение зрелищами стало предвестником гибели Римской цивилизации, погрузившись в медийную эйфорию, человечество приблизилось к кризисной точке невозврата.

На этом этапе развития стало понятно, что не только культура создает технологии, но и техника может влиять на культуру. Все больше вопросов вызывают возможности и угрозы искусственного интеллекта. Человек устроен так, что он одинаково воспринимает как действительность, так и виртуальную реальность.

Причем последнюю он может самопроизвольно создавать. В этом его отличительное свойство как живого существа, и в этом может заключаться его погибель.

Узнай цену работы

"Да забей ты на эти дипломы и экзамены!” (дворник Кузьмич)