Изучение различных теоретических и практических аспектов управления развитием агломерационных процессов имеет большое значение, поскольку в большинстве развитых стран агломерации являются основными формами территориальной организации.
Наиболее активным сторонником использования политики агломерации выступает мэр Москвы С. Собянин. По его мнению, современная Европа превратилась в сплошную агломерацию, а российские агломерации являются донорами своих регионов.
Москва перечисляет в федеральный бюджет около триллиона налогов – именно эту сумму федеральный бюджет тратит на выравнивание бюджетной обеспеченности регионов. Эффективность агломерации проявляется в высокой производительности труда, превышающей общероссийские показатели в три-четыре раза. Большая Москва создает свыше четырех миллионов рабочих мест в соседних регионах и по всей России.
Идеи Собянина полностью поддерживает А. Кудрин, который предлагает создать на территории России до пятнадцати агломераций, где будут сосредоточены интеллектуальные, хозяйственные и финансовые ресурсы.
Китайским правительством реализуется политика создания населенных пунктов, развивающихся с учетом местных особенностей и сохраняющих традиционный уклад. К 2020 году предполагалось создать свыше тысячи «поселков с местной спецификой» по всей территории страны.
Китай переживает процесс ускорения урбанизации: в крупные города ежегодно переезжают до 18 млн китайцев, что отрицательно влияет на развитие аграрной экономики. Руководство КНР приняло решение о разработке мер, связанных с повышением уровня жизни жителей небольших населенных пунктов и сельских территорий.
Обязательные требования при создании «поселков с местной спецификой»:
Существуют и другие подходы к региональной политике. Скандинавские страны проводят целенаправленную социально ориентированную политику, перераспределяя национальный доход в пользу наименее комфортных для проживания территорий. Немецкий подход связан с поддержкой многообразия форм собственности, но приоритетно стимулируется малый и средний бизнес.
В американской и японской региональной практике сформирована система поддержки национальных предпринимательских инициатив, нацеленных на повышение производительности труда и международной конкурентоспособности.
Реализация с 2011 года концепции развития московской агломерации оказывает мощное социально-экономическое влияние на уровень конкурентоспособности и темпы роста территорий регионов, граничащих с Большой Москвой.
Обширные, отличающиеся многообразием социально-экономических условий пространственного развития территории России нуждаются в диверсификации подходов и методов осуществления политики регионализации. Региональная политика должна опираться на скоординированную деятельность власти, бизнеса и социума, базирующуюся на прозрачности и открытости проектов.
Конечным результатом социально-экономического развития территорий должно выступать увеличение уровня общественного развития и решение конкретных проблем населения.
При всем разнообразии применяемых инструментов и институтов, проявляемой активности при создании агломераций, проблемы преодоления диспропорций в уровне социально-экономического развития регионов России остаются неразрешенными.
Данные Министерства финансов России демонстрируют сложную картину: с начала 2018 года долг субъектов Федерации составляет свыше 2,5 трлн рублей. Задолженность семи регионов превышает годовой доход бюджета, шестнадцать регионов приближаются к аналогичному показателю, а тридцать один регион имеют долги, составляющие более 50% бюджета. Самая сложная ситуация сложилась в Костромской области и Хакасии, которые переведены на полное кассовое обслуживание казначейством.
В исследованиях авторитетных экспертов отмечается, что перечень институтов и инструментов, которые должны были обеспечить инновационное развитие регионов России, сформирован не меньше, чем в развитых странах мира. Однако реализовать поставленные цели удается не во всех регионах.
Главной причиной выступает то обстоятельство, что на территории субъектов Федерации интеллектуальным, творческим трудом занимаются не более семнадцати процентов населения. Этот показатель ниже, чем в США в полтора раза, в два раза меньше, чем в Сингапуре, и в два с половиной раза хуже, чем в Великобритании.
Российский венчурный рынок по объемам в двадцать пять раз меньше израильского (при том, что Израиль меньше России в двадцать раз). Швейцария, значительно уступающая России по численности населения и территории, ежегодно превосходит ее по объемам экспортируемой высокотехнологичной продукции в четыре раза.
Исследователи приходят к выводу о том, что дефекты содержатся в самой реализуемой социально-экономической политике. Показательно удручающее состояние здравоохранения в регионах страны. В системе здравоохранения и социального обслуживания граждан износ основных фондов (оборудования и инфраструктуры) составил до шестидесяти процентов, а инвестиционные ресурсы в модернизацию отрасли за десять лет сократились более чем в два раза.
Одной из главных причин крайне низких темпов современного развития экономики страны выступает продолжающееся нарастание неравенства, когда десять процентов населения владеют под девяносто процентов всех национальных богатств – это значительно превышает показатели США и КНР. Страна получила свыше двадцати трех миллионов человек с доходом ниже прожиточного минимума, возрастающий рост бедности, снижение покупательной способности. Падение спроса крайне негативно влияет на темпы развития региональной экономики и ее модернизацию.
Не наблюдаются признаки, характеризующие поступательное движение к формированию инновационного общества, такие как:
Сегодня в условиях массового внедрения технологий цифровой экономики на первый план выходит не оборудование, а сам человек. Сетевые взаимодействия через платформенные решения сплачивают небольшие творческие коллективы, позволяют игнорировать расстояния и выходить на глобальные рынки.
Определенную надежду вселяет принятая программа развития цифровой экономики в Российской Федерации, но если она будет осуществляться только за счет политической воли в рамках ручного управления, то сложно дать долгосрочные позитивные прогнозы.
Аналогичные попытки уже предпринимались неоднократно: примеры имитации бурной деятельности по удвоению ВВП, реализации Стратегии 2020 и другие закончились отрицательным результатом. Региональная экономика, социальная сфера и каждый гражданин нуждаются в четко сформулированной, научно обоснованной, а не популистской стратегии долгосрочного социально-экономического развития.
