Авторы концепции постиндустриального общества говорят о «революционном» по своей сути преобразовании традиционных политических систем и институтов в постиндустриальном обществе. На смену традиционному государству индустриальной эры, опирающемуся на такие властные ресурсы, как прямое насилие (военную силу) и богатство (экономические ресурсы), в постиндустриальном обществе приходит новая форма власти, опирающаяся на знание.
Меняются также форма и состав политической элиты, на смену старым элитам государственной бюрократии и классу собственников приходят новые элиты, контролирующие производство и распространение информации, сами производящие основное богатство постиндустриального общества – знание, идеи, информацию.
Новые методы реализации политической власти в постиндустриальном обществе называют «мягкая сила». Влияние грубой силы в информационном обществе невелико, убывает и относительная сила богатства. Управление через прямое подавление, насилие, характерное для аграрного общества, теряет свою эффективность.
Снижается значение и такого инструмента, как подкуп, денежные и иные подачки, широко используемые властью в индустриальном обществе. Командно-приказная система управления постепенно отмирает, ведь командовать можно миллионами рабов, зависимых крестьян, армиями индустриальных рабочих. Но как командовать миллионами материально обеспеченных, высокообразованных, хорошо информированных и прекрасно сознающих свою самоценность интеллигентов, ученых, инженеров?
В постиндустриальном обществе власть мягко, исподволь, постепенно подталкивает людей к определенному способу восприятия действительности и типу поведения. Чтобы принять то или иное решение, власти сначала нужно убедиться, что люди согласны его выполнить. Значит, нужно подготовить сознание людей именно к тому решению, которое следует принять. Это требует манипулирования человеческим сознанием, воздействия на него на более глубоком уровне, уровне исходных понятий и ценностей, т. е. уровне общественной идеологии.
Мягкая власть как метод управления является объективной необходимостью потому, что политическая власть в информационном обществе существенно зависит от общественного мнения. Любое решение и дело правительства очень быстро становится известным всем заинтересованным общественным группам, и если оно идет вразрез с их интересами и взглядами, то встречает сильное сопротивление, которое при определенных условиях могут подхватить и другие граждане и группы.Не поддерживаемая людьми власть быстро лишается авторитета, оказывается в общественной изоляции и обречена на падение. Общественное мнение превращается в реальную политическую силу, которую не может игнорировать ни одна партия или правительство.
Э. Тоффлер выделяет четыре основные особенности политической организации постиндустриального общества:
Рассуждая о демократии XXI века, Э.Тоффлер подчеркивал, что демассификация постиндустриального общества должна вести к возникновению «конфигуративного общества», характеризующегося «тысячами меньшинств, многие из которых временны и кружатся в водовороте», редко образуя хотя бы 51-процентный консенсус даже по крупным проблемам. Власть в таких обществах будет не только децентрализованной, полицентричной, но и окажется «властью меньшинств», из которых и состоит общество.
Новая социальная постиндустриальная реальность, основанная на идеалах разнообразия и неоднородности, на «мозаичности» социальных структур, отрицает саму основу массовой демократии – «массу, ибо она характеризуется и дифференциацией бытовых потребностей людей, и их политических взглядов, что требует также «мозаичной» демократии, ориентирующейся не на большинство, а на индивида.
Власть меньшинств предполагает и трансформацию формы реализации власти. Представительная демократия меняется формами «полупрямой» демократии, которые позволяют рядовым гражданам непосредственно участвовать в принятии политических решений: «Важным строительным блоком политических систем завтрашнего дня должен быть принцип «полупрямой демократии» – переход от нашей зависимости от представителей к тому, чтобы представлять себя самим. Сочетание того и другого – это полупрямая демократия».
Э. Тоффлер предлагает несколько технических способов реализации полупрямой демократии:
Разделение решений является очень важным признаком политической организации постиндустриального общества. Суть его состоит в том, чтобы передавать политические решения на те уровни политической власти, которые компетентны в их принятии, то есть определять место решения в зависимости от того, как этого требуют сами проблемы.
В постиндустриальном обществе политические полномочия основного субъекта политической власти национального государства кардинально меняются. Государство передает часть полномочий на транснациональный (международный) уровень, а часть полномочий передается на региональный уровень.
Д.Белл отмечал в этой связи, что в новых условиях мирового развития национальное государство со своими политико-организационными средствами слишком мало и слабо для участия в управлении глобальной экономикой и слишком велико для обеспечения полнокровной жизни многообразных локальных и региональных сообществ людей, ибо здесь важен учет порядка и масштаба различий их интересов и возможностей.
(Поломошнов А.Ф. Философия и современный мир, Донской ГАУ)
