Проблема времени вызывает интерес с глубокой древности. Есть две точки зрения, которые представлены в философском споре.
Первую отстаи вали Демокрит, Эпикур, Ньютон, и ее принято называть субстанциальной концепцией: пространство и время трактовались как самостоятельные сущности, существующие наряду с материей и независимо от нее, а отношение между пространством, временем и материей представлялось как отношение между самостоятельными субстанциями.
Этот подход привел к выводу о независимости свойств пространства и времени от характера и динамики протекающих материальных процессов.
Вторую концепцию называют реляционной (от relation – отношение). Аристотель, Лейбниц, Гегель и их последователи понимали пространство и время не как самостоятельные сущности, а как системы отношений, образуемых взаимодействующими материальными объектами.
В современной науке реляционная концепция имеет естественнонаучное обоснование в виде созданной в начале ХХ в. А. Эйнштейном теории относительности, подтвердившей непосредственную связь пространства и времени с движущейся материей и друг с другом.
Теория Эйнштейна ликвидировала всеобщее, т.е. текущее везде и всегда одинаково, время и поставила его в зависимость не просто от движения, а от скорости. Чем выше скорость, тем медленнее течет время в данной системе по сравнению с другой системой, движущейся с меньшей скоростью.
Фундаментальный вывод, следующий из этой теории, гласит: пространство и материя не существуют без материи, их метрические свойства создаются распределением и взаимодействием материальных масс, т.е. гравитацией.
Время не может быть отделено от пространства, и в разных частях Вселенной время течет с разной скоростью. Сама структура пространства-времени зависит от распределения вещества во Вселенной.
Благодаря специальной и общей теории относительности в современную физику вошли такие новые представления о времени, как многомерность, обратимость, замкнутость, разветвленность, представление о попятном движении во времени, удвоение событий во времени и т.д.
Гипотеза о наличии тахионов привела к пересмотру временной структуры причинно следственной связи: цепь событий может иметь как прямое, так и обратное направление (о взаимопревращении причины и следствия в диалектике говорилось давно).
Оригинальное толкование времени содержалось и в трактовке позитрона как электрона, движущегося вспять во времени. По мнению отечественного ученого Н. А. Козырева, «геометрическое представление о времени является недопустимо упрощенным.
Благодаря этим свойствам время может воздействовать на физические системы, на вещество и становиться активным участником мироздания».
Наибольшую роль в современных представлениях о времени играет модель, построенная в связи с переходом к изучению необратимых процессов (рождение и смерть микрочастиц, радиоактивный распад, теплопередача, трение, диффузия и т.д.).
Этот переход вызвал крушение линейно-причинной парадигмы и становление новой (нелинейной, циклопричинной, синергетической).
С точки зрения синергетического подхода любая самоорганизующаяся система имеет свой «системный архетип».
В течение физического времени в системе происходят различные изменения (фазовые переходы, бифуркации, трансмутации, структурогенез, морфогенез, усложнение, иерархическая перестройка и т.д.), которые порождают собственное время системы.
Согласно данному подходу, в бифуркационной фазе «прошлое» актуализируется в форме одного из вариантов «будущего», не выбранного и не реализованного в предыдущем развитии системы.
Так в каждый момент времени в открытой диссипативной системе происходит сегрегация энтропии, т.е. использование потоков негэнтропии – потоков энергии, освобождающейся в ходе разложения высокоорганизованной материи в низкоорганизованную.
Тем самым система владеет информацией о многих состояниях, как прошлых, так и будущих. В течение своей жизни система проходит ряд ключевых бифуркаций, где осуществляется выбор одной из возможных устойчивых ветвей дальнейшего развития системы.
Информация об этом моменте переносится до следующей бифуркации, а «что-либо рожденное или сделанное в этот момент обладает свойствами этого момента времени». В точке бифуркации существует целая комбинация возможных состояний прошлого и будущего.
Эта теория объясняет и механизм образования многослойности временных потоков. Поскольку в мире одновременно сосуществует множество открытых систем, и находятся они в разных фазах своего возраста, индивидуального системного времени, постольку мир политемпорален.
Разнофазность систем позволяет одной системе использовать диссипативный поток другой системы и ее нерастраченное время: ведь смерть одной системы освобождает темпоральную нишу для другой системы. При этом выстраивается иерархия времен систем различного уровня организации.
Это влияние может приводить к реализации определенных потенциальных возможностей системы, что выражается в изменении характера ее поведения не только во времени, но и в пространстве.
Итак, ученые приходят к выводу о существовании поливекторной иерархической мегасистемы темпоральных миров, взаимодействующих между собой.
Признание активной роли времени наряду с активной ролью материи становится знаком новой парадигмы. Складывающаяся сегодня синергетическая парадигма заставляет увидеть еще одно свойство времени.
Различные события, зачастую кажущиеся несвязанными, могут оказаться синхронными. Эта синхронность приводит к «возмущению», напряжению процессов, находящихся рядом с этими событиями.
Возникает некое силовое поле, в которое втягивается все больше событий, которые до этого были безразличны друг другу. Это может привести к усилению или ослаблению, повернуть вспять или ускорить какое-либо социальное изменение.
Во всех основных моделях есть одно общее: время не абсолютно, а относительно и образуется теми длительностями и ритмами, которыми обладают сами вещи и процессы.
Это определило необходимость введения понятий специфических времен: биологического, физиологического, геологического, исторического, географического, социального, психологического, политического и т.д.
Линейность времени современной наукой также поставлена под сомнение.
Общество представляет собой переплетение самых разнообразных и разнонаправленных сил и действий, имеющих разный «возраст», находящихся на разных стадиях своего индивидуального развития, демонстрирующих специфическую ритмику и разнофазность.
Поэтому реальное время общества складывается из времени субъектов и процессов, принадлежащих различным хроносам.
Многообразный арсенал временных понятий, который используют конкретные науки, исследуя соответствующие реальности (стадия, эра, эпоха, период, век, возраст, фаза, цикл, ритм и т.д.), свидетельствует о полиморфичности времени.
В ХХ в. обогащается нелинейное понимание времени: появляются представления о маятникообразном, спиралевидном, волновом движении. Победа реляционной концепции времени была подкреплена появлением концепции нелинейной эволюции культуры.
Согласно данной теории, в течении времени взаимодействуют три различных потока – временные протяженности, каждая из которых соответствует определенному глубинному уровню исторической реальности.
В нижнем слое господствуют стабильные структуры, основными элементами которых являются земля, человек, космос. Время протекает здесь настолько медленно, что кажется почти неподвижным. Это, по определению Ф. Броделя, очень длительная временная протяженность.
Второй слой состоит из реальностей экономической и социальной действительности, которые имеют, подобно морским приливам и отливам, циклический характер и требуют иных масштабов времени. Этими же временными характеристиками отличаются общества и цивилизации.
В третьем, поверхностном, слое (политическая, дипломатическая и т.п. история) события чередуются, как волны в море и измеряются короткими временными промежутками.
Именно реляционная концепция пространства и времени дала толчок к исследованию разных типов времени, выявлению специфики его протекания в различных системах. В этой связи есть необходимость рассмотреть различные типы времени.
(Карадже, Т.В. Политическая философия: учебник, МПГУ)
