Политика – это область деятельности, находящаяся в зоне особого риска, что связано с множеством факторов, воздействующих на политическую среду, значительная часть из которых непрогнозируема.
В истории человеческой практики нет безрисковых видов деятельности. Любой вид деятельности несет в себе те или иные риски, проявляющиеся при определенных условиях, имеющие негативные последствия для всей системы в целом либо для ее структурных составляющих.
С позиций рискологии, риск, с одной стороны, является неотъемлемой частью жизнедеятельности человека, с другой – представляет опасность, которую необходимо минимизировать.
Риском можно назвать деятельность в условиях неопределенности, когда результаты и последствия неоднозначны.
Источники возникновения неопределенности многообразны, но среди них можно выделить несколько, имеющих значение в политике:
* элемент случайности и стихийности в протекании процессов окружающей действительности;
* столкновение противоположных интересов участников процесса.
Неопределенность в политической сфере усиливается из-за наличия противоборствующих тенденций, возможного противодействия среды, столкновения противоречивых интересов.
Существование неопределенности связано также с неполнотой и недостаточностью информации об объекте, процессе или явлении.
Процесс принятия решений предполагает наличие достаточно полной и правильной информации, однако на практике чаще всего информация бывает разнородной и неполной, что является основанием для рождения рисков.
С одной стороны, это толчок к креативным стратегиям и технологиям, направленным на достижение успеха, с другой – риск ведет к авантюризму и опасности, если в условиях неполноты исходной информации альтернатива выбирается без должного учета объективных закономерностей.
В рискологии различают понятия рационального, или обоснованного, риска и иррационального, или необоснованного, риска.
Рациональный риск – это составляющая рациональной человеческой деятельности, атрибутом которой является целесообразность и целеполагание.
Риск предполагает принятие решения, рациональный риск – принятие рационального решения. Рациональным является действие (решение), адекватно отражающее реальную ситуацию и соответствующее ей.
Решение не может быть рациональным без анализа сложившейся проблемы, нахождения адекватных конструктивных методов и средств ее разрешения, без учета психологических и социально-психологических особенностей субъекта, реализующего выбор.
При решении вероятностных задач, когда существует неопределенность и случайные переменные с известными вероятностями распределения, субъект попадает в зону риска. В условиях неопределенности необходимым элементом человеческой деятельности является обоснованный, или рациональный, риск.
Оценка риска связана с выявлением степени обоснованности решения, принятого в ситуации риска. По степени допустимости различают приемлемые, предельно допустимые и чрезмерные риски.
В рискологии различают и противопоставляют понятия опасность и риск, основанием чего является возможность оценить причину ущерба. Если ущерб рассматривается как следствие решения, то говорят о риске решения. Если причины риска находятся вовне, то говорят об опасности.
В конечном счете, человек стремится так или иначе выяснить все объективные неопределенности и учесть все возможные факторы, воздействующие или обладающие потенциальной возможностью воздействовать на ситуацию.
Если существует возможность количественно или качественно определить степень вероятности того или иного варианта, то это и будет ситуация риска.
Отсюда следует, что рискованной ситуации сопутствуют три условия:
= наличие неопределенности;
= необходимость выбора альтернативы (при этом следует иметь в виду, что отказ от выбора также является альтернативой выбора);
= возможность оценивать вероятность выбираемых альтернатив.
Такое свойство риска, как альтернативность, предполагает необходимость выбора из двух или нескольких возможных вариантов, решений, направлений, действий. Риск является одним из способов устранения неопределенности, представляющей собой незнание достоверного, отсутствие однозначности.
Причем речь идет не о поиске средств, позволяющих полностью избавиться от влияния факторов неопределенности (что неосуществимо), а о необходимости учета риска с целью отбора рациональных альтернатив.
Риск связан с выбором определенных альтернатив, расчетом вероятностей их исхода – и в этом его субъективная сторона, которая проявляется и в том, что люди неодинаково воспринимают одну и ту же величину риска в силу изначальных установок.
Однако величина риска не только субъективна, но и объективна, поскольку она является формой отражения реально существующей неопределенности.
Политические риски могут быть как самостоятельным фактором политики, так и элементом других видов риска – социального, коммерческого, инвестиционного, экологического и т.д., в чем и проявляется многоплановость политического риска.
Политический риск обусловливается множеством факторов неопределенности, среди которых:
+ информационный – отсутствие или неполнота информации о ситуации, недостаточность ее анализа, отсутствие рационального подсчета приобретений и утрат;
+ социальный – социальные, этнические и религиозные конфликты, криминогенность;
+ правовой – нарушение требований закона и норм, а также соглашений, имеющих этический характер;
+ экономический – отсутствие эффективной экономической программы, развитой экономической инфраструктуры и т.д.;
+ психологический – личностные особенности политика, принимающего решения;
+ случайный – непосредственная случайность, ведущая к появлению непредвиденных и нежелательных событий (болезнь, отставка политических деятелей, несчастные случаи, природные катастрофы и т.д.), рождающих всевозможные угрозы и опасности.
В современных условиях оценка риска является теоретической базой для принятия решений в политике.
Для преодоления неопределенности проводится анализ политических рисков, которые по масштабности можно классифицировать следующим образом:
Ускорение темпов развития общества требует адекватной методологии исследования. Нелинейность развития и неустойчивость стали характерным атрибутом социально-политических систем, и риски, связанные с постоянно изменяющейся ситуацией, носят принципиально иной характер.
Социосинергетический подход дает возможность исследовать и учитывать различие причинных факторов риска в открытых и закрытых обществах. Закрытые социальные системы, опираясь на устойчивые связи, поддерживают и воспроизводят традиционные структуры и отношения.
Равновесность и устойчивость, характерные черты закрытого общества, возможны за счет подавления хаоса как потенциальной опасности целостности социума. Следование традиции, единое идеологическое пространство, ограничение социальной мобильности и отсутствие оппозиции стали залогом минимизации политических рисков.
Но со временем в любой закрытой системе происходит накопление изменений, достигающее предельно допустимых норм, образуются новые источники политических рисков, усиливается неопределенность.
Закрытые политические системы не способны формировать механизмы адаптации к меняющемуся пространству, чему препятствует жесткость структурных взаимосвязей, а это усиливает вероятность разрушения структурных взаимосвязей и элементов системы в кризисной ситуации.
Если в кризисной ситуации система не способна сформировать альтернативные эффективные политические институты, способные снизить степень нарастающего хаоса, то возрастает риск внешнего вмешательства.
Вероятность увеличения различных рисков, представляющих опасность для социальной системы, резко возрастает в период бифуркации, соответствующей таким этапам в развитии социума, как реформы, модернизации, революции, кризисы.
Именно в такие моменты социально-политические системы достигают пика неустойчивости, и в них усиливается значение рискогенных факторов. В этой ситуации происходит политизация рисков.
Снижение жизненного уровня населения, угроза заражения территории радиоактивными веществами, конфликт с административными структурами и многое другое, не вызывающее в обычной ситуации реакции общества и разрешающееся неполитическими средствами, в бифуркационной фазе приобретает характер политического конфликта.
Достаточно широко распространена точка зрения, что примером открытой социальной системы является западная модель социально-политической системы, демонстрирующая высокие креативные и адаптационные возможности, что выражается прежде всего в расширении ее «жизненного пространства».
В чем противоречие между западным открытым обществом и открытым обществом по типу западной модели?
Понятие «открытая система» предполагает, что она находится в состоянии гомеостаза и ресурсного обмена с внешним окружением, обеспечивающим социальной системе максимально возможную устойчивость и эффективное развитие.
Именно исторически сложившиеся формы и механизмы, детерминирующие устойчивость и развитие системы, будут регулировать степень ее открытости. Это и демонстрирует западное общество, основывающееся на традиционных западных социокультурных ценностях.
Развитие частной собственности, рыночные отношения являются стимулом к расширению политического и экономического пространства, а экспансионистская внешняя политика стала всего лишь естественным продолжением реализации представлений о системе социальных и нравственных ценностей, где одно из первых мест занимает частная собственность и свободный рынок.
Анализ геополитических концепций свидетельствует, что основной целью западных государств всегда было увеличение «жизненного пространства» как естественное расширение границ свободного рынка.
Социально-политические системы вырабатывали механизм территориального и экономического освоения пространства активно-агрессивными методами.
И именно социально-политические системы, принадлежащие к западной модели открытого общества, в те или иные времена были мировыми лидерами или претендовали на мировое господство.
«Открытость» подобных социальных систем всегда носила особый характер. Как правило, она основывалась на отношениях «метрополия–колония», «центр-периферия», где центр всегда контролировал степень воздействия обратных связей.
Малейшее ослабление контроля «вход–выход» вызывало со стороны центра серьезную обеспокоенность.
Таким образом, можно констатировать, что западное открытое общество может эффективно функционировать при таких взаимодействиях с внешней средой, когда ему обеспечена позиция центра.
Западное общество предлагает «универсальную модель» определенных типов структурных взаимосвязей, которые якобы должны обеспечить процветание традиционных обществ.
Принятие западной модели открытого общества другими социальными системами приводит, как правило, к таким последствиям, как ослабление или разрушение традиционных связей и институтов, обеспечивающих целостность общества, нарастание предельно допустимых границ хаоса, что усиливает неустойчивость системы и зависимость от внешнего фактора.
При исследовании политических рисков важно определить место, занимаемое государством в глобальной миросистеме. Последствия глобализации не только неоднозначны, но они прямо противоположны по результатам воздействия на политические субъекты.
М. Маруяма, рассматривая взаимоотношения центра и периферии в условиях глобализации, отмечал, что все выгоды и преимущества получают страны «золотого миллиарда», а на долю стран-доноров достаются все тяготы и издержки маргинализирующихся обществ, что активизирует продуцирование рисков в странах периферии.
Глобализационные риски проявляются:
# в подчинении национального государства мощным международным структурам, что делает неэффективной систему государственной безопасности;
# в сетевом и поточном характере глобальных рисков (теневая и криминальная торговля, терроризм, наркобизнес), подрывающем систему общественной безопасности;
# в статусе периферийного ресурсного государства, означающем отказ от развития высоких технологий и, как следствие, разрушение образовательных и научных структур;
# в «сырьевой ориентации», которая влечет изменение картины социальной и профессиональной стратификации, модифицирует каналы социальной, профессиональной и территориальной мобильности, формируя новые социальные группы риска;
# в разрушении традиционной ценностной системы, повышающем риски, связанные с усилением социальных и политических конфликтов.
К отношениям центр – периферия можно отнести и цивилизационные риски. Цивилизационные «узлы» образуют страны, наиболее экономически развитые и, что не менее важно, определившиеся с цивилизационной идентичностью.
Особую зону риска представляет «межцивилизационное пространство», отличающееся разнородностью конфликтов.
Большинство этих регионов характеризуется наличием раскола на разных уровнях общества:
* политическом (конфликт на уровне политической элиты по поводу цивилизационной идентичности);
* этническом (напряжение межнациональных отношений);
* религиозном (конфликт между различными конфессиями) и т.д.
Поэтому цивилизационные процессы, наряду с глобализационными, усиливают или снижают факторы риска в зависимости от положения политического актора в мировом цивилизационном пространстве.
Структурный функционализм и теория системности выдвигают подход, основанный на исследовании рисков как результате эмерджентных свойств системы и позволяющий выявить следующие факторы, воздействующие на продуцирование политических рисков:
= количественные показатели субъектов политического процесса, как эмерджентные свойства системы, влияют на уровень политических рисков;
= неформальные взаимоотношения между политическими акторами, как эмерджентное свойство, усиливают непредсказуемость развития системы, а значит, и степень рисков;
= различия, неоднородность элементов социополитической системы, как эмерджентное свойство, усиливают риски ослабления взаимосвязи между ними;
= социополитическая система, являясь элементом миросистемы, все более зависит от внешнего фактора (эмерджентное свойство), что ведет к увеличению рисков.
Следующим подходом является социокультурный, позволяющий рассмотреть еще один уровень политических рисков.
Религия защищает человека от неопределенности, минимизируя варианты выбора жизненных стратегий. Человек стремится к минимизации риска не потому, что ему когда-либо удастся его избежать, а потому, что выжить возможно, лишь ощущая безопасность.
Общая система ценностей, объединяющая группу, дает ощущение единения и защиты, целостности и значимости собственного бытия. В обществах, где устойчивая система ценностей, риск применения насилия как формы разрешения конфликта минимизируется.
Однако культура может стать и фактором, продуцирующим аномичные риски. Р. Мертон, опираясь на теории Т. Парсонса, предлагает анализ рисков с точки зрения целей, определяемых культурой, и легитимных институциональных средств достижения этих целей.
По мнению Р. Мертона, риски политических конфликтов усиливаются в связи с «отчуждением от господствующих целей и стандартов. Последние начинают считаться чисто произвольными, а их претензия на законность и приверженность индивидов – несостоятельной, поскольку и цель, и стандарты вполне могли бы быть другими».
Социально-классовый подход к анализу рисков представлен в работе У. Бека «Общество риска», где он отмечал: «История распределения рисков показывает, что риски, как и богатства, распределяются по классовой схеме, только в обратном порядке: богатства сосредоточиваются в верхних слоях, риски – в низших.
По всей видимости, риски не упраздняют, а усиливают классовое общество. К дефициту снабжения добавляется чувство неуверенности и избыток опасностей».
В бедных странах риски встречаются чаще, что связано с отсутствием социальной защиты со стороны государства, экологическими и технологическими катастрофами, низким уровнем благосостояния и другими факторами, увеличивающими риски.
И, как отмечал ученый, богатые страны получают экономическую выгоду от увеличения рисков в бедных странах.
Однако такая ситуация является рискообразующим фактором, подобно бумерангу, она возвращается, но уже на другом уровне. Ухудшение ситуации в странах третьего мира (нищета и безработица) активизирует поток эмигрантов, представляющих определенную группу риска для развитых стран.
Психологический подход к анализу политических рисков дает возможность исследовать значение такого фактора, как психология политического субъекта. Задача национальной политической элиты – отстаивать интересы своего государства.
Однако, как ранее отмечалось, национальная элита, став в условиях открытого рынка частью мировой элиты, рассматривает государство лишь местом своей работы, не связывая свое личное будущее с будущим того общества, где на данный момент они осуществляют свою деятельность.
Психологическое отчуждение политической и экономической элиты от национальных интересов стало одной из причин многих политических рисков.
Одним из важнейших условий укрепления государства на международной арене и его интеграции в мировое хозяйство является нормализация политической обстановки, поэтому огромное значение имеет анализ степени политических рисков.
В международной практике под политическим риском понимаются экстраординарные действия государств и политические события, делающие невозможным исполнение договорных обязательств. Политический риск может включать в себя войну, революцию, гражданские волнения, национализацию, экспроприацию, конфискацию, мораторий.
Многие факторы высвечивают сложность и многомерность проблемы анализа и оценки политического риска.
Исследование политических рисков и механизмов их продуцирования и распространения способствует контролируемости воздействия на социальную систему рисков с непредсказуемыми последствиями и масштабами разрушений.
(Карадже, Т.В. Политическая философия: учебник, МПГУ)
