В постиндустриальном обществе трансформируется сама структура власти и управления: в отличие от прежних вертикальных жестко иерархических структур пирамидального типа, здесь формируется динамичная многосекторная горизонтальная структура. Информационное общество напоминает большую плоскую платформу, разделенную на множество секторов.
Если раньше обогащение означало неуклонное продвижение к вершине социальной пирамиды, то теперь человек вполне может быть счастлив, известен и влиятелен, двигаясь не по вертикали, а по горизонтали, меняя профессию, облик, стиль, религию, убеждения. Но не теряя при этом ни политических прав, ни гарантируемого государством минимума социального обеспечения.
Общество, таким образом, напоминает сеть со множеством ячеек (узлов). Не случайно Интернет играет такую значительную роль в информационном обществе: он с высокой точностью моделирует его сетевую структуру. Сеть и есть основной принцип организации информационного общества.
Концепция политической системы постиндустриального общества, с одной стороны, отражает некоторые реальные особенности трансформации традиционных политических институтов, с другой стороны, затемняет или искажает сущность политической системы в передовых странах Запада, которые относятся теоретиками постиндустриализма к новому типу общества. Вызывают сомнение практически все плохо теоретически обоснованные признаки политической системы постиндустриального общества.Тезис о власти меньшинств сомнителен, поскольку политическая реальность, и особенно практика современных избирательных кампаний показывает нам, что демократические меньшинства имеют очень мало фактических возможностей влияния на власть и на принятие политических решений. Зато, возможности финансовой и бюрократической олигархии остаются неограниченными.
Тезис о полупрямой демократии, с одной стороны, описывает эффективные демократические механизмы политических решений, но все эти механизмы в современной политической системе – лишь форма для обмана рядовых граждан олигархами, поскольку последние имеют все возможности манипулировать этими по форме «демократическими» процедурами.
Тезис о разделении власти национального государства внутренне противоречив и может толковаться в направлении негативных крайностей. Глобализация власти трактуется в духе мондиализма, а регионализация может трактоваться в духе полной децентрализации власти, т.е. фактической анархии и распада национального государства.
Вообще судьба и роль национального государства теоретиками постиндустриального общества четко не определены. С одной стороны, они ведут речь о децентрализации и транснационализации власти, т.е. фактическом ограничении функций и властных полномочий национального государства, а, с другой стороны, подчеркивают необходимость укрепления национального государства и повышения его эффективности в постиндустриальном обществе.
Сомнителен также тезис о меритократии, как новой политической элите. Никакой реальной меритократии в постиндустриальном обществе нет, а есть власть традиционных финансовых и политических элит, в особенности, транснациональных олигархических элит. А новый класс «когнитариата» или меритократии является их наемными работниками, интеллектуальным обслуживающим персоналом. В информационном обществе правила диктует тот, в чьих руках находятся информационные сети, ресурсы и технологии. В современном мире господство переходит к глобальной, транснациональной элите, стоящей во главе ТНК.
Мифом является и тезис постиндустриалистов о демократизации власти на основе технологий Интернетсетей, нетократии. Действительно, в политической системе постиндустриального общества главными технологиями власти становятся информационные технологии, связанные с использованием СМИ и Интернета.Однако, представители традиционных политических элит используют властные полномочия и финансовые ресурсы для установления жесткого контроля над СМИ и сетями Интернета, с помощью которых осуществляют манипулирование массовым сознанием путем целенаправленной, дозированной и препарированной особым способом подачи информации.
Эти новые технологии позволяют говорить об альтернативной выше описанной нами демократической форме нетократии. Эту альтернативную мы назовем термином «инфократия». Инфократия – это форма управления, основанная на контроле над информацией и каналами ее распространения, использующая этот контроль для манипулирования массовым сознанием в интересах узкого круга правящей элиты.
Т.о. инфократия по своей сути оказывается лишь новой формой власти мировой олигархии, которая в отличие от индустриального общества, должна уметь удерживать и укреплять власть без опоры на военно-полицейский аппарат, законодательный и административный запреты на деятельность политически инакомыслящих.
Наибольшая часть граждан находится на нижнем уровне пирамиды, включенном в непрерывную сеть потребления, вступить в нее может любой желающий. Деятельность этой сети будет контролироваться свыше. Над этой огромной сетью стоят сети меньшего размера, постоянно обновляющиеся и конкурирующие между собой. Доступ получают только избранные. Венчает пирамиду правящий класс – инфократия.
В целом концепция политической организации постиндустриального общества – противоречивая плохо обоснованная теоретическая утопия, не отражающая сущность современной политической системы западных обществ как господства финансовой олигархии и транснационального капитала, а лишь маскирующая и искажающая эту сущность.
(Поломошнов А.Ф. Философия и современный мир, Донской ГАУ)
