Проблема исследования сущности и этапов политической модернизации стала исследоваться в 1960–1970-е гг. XX столетия.
Политическую модернизацию в большинстве стран рассматривают как механизм перехода системы к демократическому режиму. При этом возникает ряд проблем, связанных как с выявлением сути самой политической модернизации, так и с факторами, детерминирующими процессы демократического развития.
«Структурная школа», представителем которой был С. Липсет, предложила структурный анализ предпосылок демократии. Акцент в исследованиях был сделан на изучение взаимозависимости между экономическим благосостоянием и стабильностью демократии, бедной экономикой и стабильностью диктатуры.
В наиболее экономически развитых странах функционируют два типа экономики: неолиберальная, сугубо рыночная, «конкурентная» (США, Великобритания) и социально ориентированная экономика с весомым компонентом государственного регулирования и социального партнерства (большинство западноевропейских и Скандинавских стран, а также Япония).
Возможно говорить о доминировании того или иного типа экономики, поскольку в чистом виде ни одна другая модель нигде не работает. Такое доминирование экономических типов порождает, соответственно, и модели демократии.
Главным недостатком такой модели является, как отмечают исследователи, эпизодическое участие масс в политическом процессе, а также их полное отстранение от конкретных механизмов принятия социально-экономических и политических решений.
Социально ориентированная экономика с относительно высоким элементом государственного вмешательства нацелена на придание демократии четкого социального измерения.
Это сочетается с установками на изменение экономики (национализация и рост государственного вмешательства), на перераспределение доходов и создание различного рода систем социальной защиты и социального государства, которое стремится к вовлечению в рамках «социальной демократии» в постоянный демократический процесс основных масс трудящихся.
Известны случаи существования недемократических режимов с высоким уровнем экономического развития: государства Восточной и Юго-Восточной Азии, Аравийского полуострова, и демократических – с недостаточно развитой экономикой, например Индия.
Для демократии важны не экономическое развитие и достижение благосостояния, как таковые, а создание их в результате формирования массового среднего класса в качестве социальной базы, поскольку влияние экономики на политическую систему осуществляется опосредованно через социальные изменения.
С. Хантингтон, напротив, считал, что без роста материального благосостояния граждан развивающихся стран нецелесообразно говорить о формировании демократического общества, и предлагал следующее объяснение:
= рост благосостояния формирует у граждан новые ценности и ориентации, которые в большей степени коррелируются с существованием демократических институтов;
= повышается уровень образованности общества, что усиливает стремление к демократии;
= экономическое развитие создает больше ресурсов для распределения среди различных социальных групп, что облегчает улаживание конфликтов и достижение компромиссов;
= интернационализация экономического развития содействует интеграции всех государств в мировой рынок торговли, инвестиций, технологий, туризма и коммуникаций, что открывает общество влиянию демократических идей;
= экономическое развитие приводит к росту среднего класса, который составляет массовую социальную опору и основную движущую силу процесса демократизации.
Однако стоит заметить, что главным интересом среднего класса может быть не сама демократизация, а основа безопасности. Средний класс не является однозначным сторонником ни демократии, ни антидемократии.
Для него демократия вторична по отношению к безопасности и порядку. Если у среднего класса в силу различных обстоятельств складывается уверенность, что демократия не гарантирует устойчивости, то первой он может и пренебречь.
С. Хантингтон отмечает, что продолжительный экономический рост способен сломать культурные и политические препятствия, стоящие на пути демократизации, и выдвигает тезис о том, что экономическое развитие может изменить культуру страны таким образом, чтобы она способствовала демократии.
Недавняя волна демократизации распространила демократические нормы на экономически более развитые страны и почти все общества с преобладанием западной культуры. Попытки дальнейшего продвижения демократии столкнутся с большими препятствиями экономического и культурного характера.
В работе «Гражданская культура» Г. Алмонд и С. Верба попытались определить политическую культуру, свойственную стабильной демократии. Такого рода политическая культура, названная «гражданской», была охарактеризована как культура смешанная, т.е. «не традиционная, не современная, а частично и та и другая».
Плюралистическая культура, подчеркивали авторы, «основана на связях, убеждении и согласии, это культура, которая разрешает реформы, но одновременно сдерживает их», легализует политическую активность индивида и «одновременно не слишком поощряет ее».
Одно из основных условий демократической стабильности, таким образом, состоит в сбалансировании противоположных импульсов: с одной стороны, к развитию, с другой – к постоянству.
Подводя итоги, можно выделить следующие предпосылки успешного перехода к демократии:
Нельзя недооценивать роль и значение внешних факторов. Воздействие внешних факторов на процесс демократизации неоднозначно: международная среда может и способствовать, и препятствовать процессу демократизации в отдельной стране или регионе.
Также стоит отметить, что обозначенные изменения происходят в международной среде, которая сама подвергается существенным преобразованиям и все время находится в неустойчивом, переходном состоянии, испытывая постоянное влияние как позитивных, так и негативных тенденций.
Несомненно, рассматривая модернизацию в политической сфере как установление политической системы, которая в наибольшей степени способна обеспечить эффективное функционирование общества, адекватное реагирование и приспособление к изменяющимся условиям, можно предположить значительное многообразие форм и вариантов.
Однако в большинстве случаев предпринимаются попытки заимствования западных образцов для подражания, чему в немалой степени способствуют внешние факторы и личные интересы национальной элиты.
(Карадже, Т.В. Политическая философия: учебник, МПГУ)
