В предыдущей части книги неоднократно упоминались два тезиса, совместить (согласовать) которые друг с другом по причине кажущейся их противоречивости неподготовленному человеку без длительных размышлений довольно затруднительно. Первый из них – это тезис о том, что индивидуальное представление о нравственном, присутствующее у отдельных индивидов, нередко является нетождественным тому пониманию, которое имеется у других людей. Второй тезис, причём научно доказанный, отражает тот факт, что массовое сознание отдаёт приоритет тем правилам жизни, которые основаны на христианской морали, и считает именно эти правила наилучшим из существующих образцов должного с нравственной точки зрения.
Но почему при нетождественности индивидуального понимания нравственного массовое сознание в решении этого же вопроса проявляет фактическое единодушие? Верующие люди принимают Божьи заповеди как высший образец в силу своей веры. У остальных данный выбор имеет свои особенности. Для понимания этих особенностей необходимо вспомнить о том, что человеком движет стремление жить и стремление к определённому качеству жизни, к состоянию удовлетворённости жизнью. По этой причине обычные порядочные люди, составляющие большинство, из всех возможных вариантов правил их совместной жизни всегда стремятся выбрать тот, который является для них наиболее выгодным и безопасным.
Самыми выгодными и безопасными являются правила, которые основаны на Божьей заповеди любви к ближнему, лежащей в основе всех нормативно-правовых документов, провозглашающих и закрепляющих права человека и иные субъективные права, наличие и соблюдение которых дают определённые гарантии выживания (безопасности), обеспечивают определяемый ими уровень качества жизни, а также различные перспективы.
Данные обстоятельства привели к тому, что заповедь любви к ближнему, дарованная Иисусом Христом, к настоящему времени получила статус не только собственно религиозной, но уже общечеловеческой нравственной ценности. Эта заповедь объективно является наилучшим образцом должного, который должен лежать и лежит в основе принимаемых ныне законов. Поэтому она фактически признаётся представителями не только других вероисповеданий, но даже атеистами, которые также хотят закрепления за ними субъективных прав и их соблюдения.
Просто многие из атеистов не знают того, что наличием своих прав они прежде всего обязаны именно этой прекрасной заповеди. Несогласие с данной заповедью либо её игнорирование встречаются у некоторых представителей власти. Но официально они всё равно её одобряют по причине того, что вера людьми управлять помогает (вспоминайте Н. Макиавелли), а также в силу того, что в противном случае они могут утратить свою власть (народу нужны верующие вожди, правители, а не безбожники или, тем более, сатанисты).
Некоторые «изобретают» своё особое индивидуальное понимание нравственного, трактуют нравственное в свою пользу для того, чтобы отстоять собственную выгоду в социальных конфликтах, оправдаться в глазах других людей после совершения неблаговидных поступков и т. д. Однако, когда возникает необходимость официального выбора правил жизни в обществе, и эти люди всегда соглашаютсяс правилами, которые основываются на Божьих заповедях. Им выгодно, чтобы их самих любили, заботились о них, обеспечивали возможности реализации их субъективных прав. За эти же правила голосуют и те, кто считает для себя их исполнение необязательным и постоянно соблюдать их вообще не собирается. Они также желают, чтобы отношение к ним самим и их близким было построено на основе заповеди любви.
Все эти последние категории лиц – эгоисты, которые считают для себя допустимым относиться к другим так, как им захочется, но от других они стремятся получить только самое лучшее из всех возможных отношение. И такое отношение других к ним самим является для эгоистов очень важным. Дело в том, что противостоять всем другим, если они также будут эгоистами, в социальной конкуренции за возможности реализации собственных стремлений достаточно сложно. Поэтому для них самих, как и для подавляющего большинства людей, также важно, чтобы все другие относились к ним на основе заповеди любви. Однако для этого необходимы правила и законы совместной жизни, которые основаны на христианской морали. И эгоисты будут голосовать за них именно по причине свойственного им эгоизма.
При этом, конечно, необходимо понимать, что указанная выше корыстная мотивация массового сознания не касается тех, кто верит в Бога или является сатанистом. Позиция верующих, выбирающих Божьи заповеди, формируется на основе их веры, анемеркантилизма, но совпадает с выбором массового сознания и подкрепляет силу, значимость и влияние этого выбора на содержание законов. На этом фоне мнение остальных на выбор массового сознания какого-либо существенного влияния оказать уже не способно. Их число является для этого недостаточным.
(Философия права. Сущность субъективного права: авторское исследование, Игорь Павлович Семченков, РА Полиграфычъ)
