Сознание не является эпифеноменом. Оно обладает относительной самостоятельностью, автономностью. Термин «автономность» в современной социальной философии отличается от понятия «относительной» самостоятельности (субъекта, системы и т.д.).
Автономность общественно-индивидуального сознания можно истолковать как процесс, путь осмысления и духовно-практического преобразования объективной и субъективной реальности. В этом процессе противоречиво сочетаются противоположности подхода к опосредственному выражению бытия и отхода от его непосредственного отражения.
Причем, говоря об общественно–индивидуальном, а не просто об общественном и индивидуальном сознании, мы пытаемся подчеркнуть ложность дилемм социологического номинализма и реализма в трактовке духовных формообразований.
Она означает лишь взаимное соответствие и влияние друг на друга материального и идеального, значимость такого соответствия для жизненного мира личности, жизненную конкретность находимого и реализуемого смысла.
В слове «релевантность» слышится принцип «реле»: возможность переключения интенции сознания с одного предмета на другой и в пределе – с внешнего мира на внутренний и наоборот. Это переключение противоположно иррелевантности, отключению от внешнего мира, которое, например, была характерно для стоиков (А. Ф. Лосев).
Релевантным сознанием становится в качестве культурного текста, соответствующего потребностям и ценностям субъекта. Антропологическая релевантность означает «иметь личностный смысл». Понятие «релевантности сознания» становится уместным в ситуации антропологической катастрофы (М.К. Мамардашвили), когда нарастает ощущение бессмысленности человеческого существования, экзистенциальный вакуум.
Понятие «релевантности сознания» эксплицирует семиотические предпосылки сохранения личности автономии и развития духовности посредством стабилизации информационных и ценностных тезаурусов.
(Акопян Г.А., Губанова М.А. Философская антропология и философия культуры, Изд. Ершова О.А.)
