«Поставив вопрос о сознании, Гуссерль не поставил вопроса о самом вопросе, который сознание задает о себе; когда же это попытался сделать Хайдеггер в отношении бытия, вопрос не был опознан как модус сознания, а в различии бытия и сущего не был распознан первичный опыт сознания…». В. И. Молчанов, анализируя структуры функционирования сознания в современном философском дискурсе, приходит к довольно парадоксальным выводам о природе философской работы с сознанием. Так или иначе, но сознание (и тот «опыт», который традиционно за ним стоит) всегда было в центре философской работы, правда, иногда для его проблематизации использовались совершенно различные понятия. Подчас такая подмена понятий преследовала цель избавиться от сознания; во всяком случае, так считает Молчанов.
Поэтому в современном философском дискурсе о сознании вместо самого сознания существуют:
Тем не менее, Молчанов выделяет четыре типа понимания собственно сознания, традиционно существующие в философской литературе:
Правда, здесь имеет смысл поставить вопрос о том, идет ли речь собственно о сознании (как философском понятии) или об «опыте сознания», ориентированном скорее на практику, взаимодействие структур сознания и социальных структур и т. д. Потому что участие сознания во взаимодействии различных социальных структур происходит не в его (сознания) пользу, ибо оно тайно или явно вытесняется «практикой», опытом, социальным бытием в широком смысле этого слова. Тогда следует поставить вопрос об «опыте сознания», собственной деятельности его структур, парадигм и смыслов, т. е. о событийности сознания.
Опыт же языкового событийствования сознания можно назвать опытом распознавания, поскольку основная функция сознания здесь – это усмотрение смысла, понимание происходящего с ним, сознание здесь имеет дело с текстом (телесным, социальным и т. д.), который необходимо пережить, понять, событийствуя в нем (к слову сказать, у М. Фуко в работе «Слова и вещи» такой же опыт событийствования сознания рассматривался в парадигме жизнь – труд – язык). Но самое главное – опыт сознания нельзя рассматривать безотносительно к событийствованию сознания в теле, обществе и языке, и наоборот. И еще важно понимать различность этого опыта, его многообразие и несводимость одного к другому.
«Первый вопрос философии – это вопрос о сознании, и только второй – об отношении сознания и предметного мира…».
Опыт сознания, согласно Молчанову, оказывается более первичным, чем любой другой вид опыта – духовный, телесный, познавательный, социальный. «Почва, из которой произрастает философия, это опыт сознания, и исходным моментом философствования должен быть этот опыт…». Но философия связана с другими видами опыта, правда, если она недостаточно феноменологична, то становится нейтральной территорией, «ничьей землей» (Б. Рассел) между религией, наукой и идеологией.
Вопрос о сознании повергает вопрошающего в замешательство точно так же, как Августина повергал в замешательство вопрос о времени (вспомним, что Мамардашвили сравнивал проблему описания и проблематизации сознания с проблемой языка). Замешательство это имеет своим источником уверенность, что можно ответить на данные вопросы (о природе времени, языка или сознания), исходя из опыта, но любой вид опыта не дает нам сознание (равно как и время, и язык) в чистом виде, как таковое. «Получить доступ к сознанию можно только благодаря дескрипции, т. е. благодаря одному из фундаментальных свойств самого сознания…».
Существенная особенность опыта сознания заключается в том, что сознание – это, прежде всего, опыт различия. Причем этот опыт является априорным (apriori distinctionis), поскольку он предшествует любому возможному восприятию предметов, свойств или явлений. «Apriori distinctionis – это открытый, но не экстатический опыт, это субстанциональный и непредметный опыт сознания, это первичное понимание сознания, которое делает возможным любое другое его понимание. Аpriori distinctionis – это обозначение первичного опыта различий, но не понятийного опыта…».
Опыт понимания сознанием окружающей его действительности оказывается, согласно Молчанову, вторичным опытом (как и понятие интенциональности у Гуссерля). Этот самореференциальный опыт сознания опирается на некие парадигмы (устойчивые структуры, не имеющие реального выражения, существующие в чистой потенциальности или виртуальности) и имеет свой собственный язык описания, дескрипции.
Изучение и проблематизация данного опыта возможна при изучении других видов опыта, поскольку они туда априорно включены. Речь идет об опыте различия, опыте суждения, социальном опыте, повседневном («жизненный мир» Гуссерля), психологическом и даже опыте философии. Повседневный же опыт имеет особое значение, поскольку он, согласно Гуссерлю, лежит в основе всех других видов опыта. Задача философии (опыта философии) – исследовать различие между видами опыта, типизировать их, искать между ними смысловые связи и т. д.
(Концептуальная философия: учебное пособие, Еникеев А.А., Нижний Тагил: Нижнетагильская государственная социально-педагогическая академия)
