Три разных способа проявления одного и того же понятия — влияния:
Влияние можно описать разными словами: господство, доминирование, воздействие, лидерство, подчинение.
Это может быть превосходство в физических качествах или вооружении; в этом случае налицо влияние через силу. Превосходство в должности, социальном положении, закрепленное конституцией, уставом, законом, традицией (и налицо влияние с помощью власти).
Может быть превосходство в обаянии, компетентности, нравственных качествах, популярности, и тогда мы должны говорить о влиянии через авторитет.
Итак, три столь разных способа влияния объединяет общая черта — превосходство одного человека над другим. Превосходство описывает определенную черту социальных отношений — неравенство.
Действительно, что может быть более социальным, как проблема равенства и неравенства.
Они касаются структуры всего общества. И лишь будучи взяты в одном своем аспекте — политическом, вопросы власти относятся к сфере компетенции политологии.
Между тремя способами влияния существуют очень сложные взаимоотношения и переплетения. Иногда они проявляются в чистом виде, но это бывает редко.
Гораздо чаще они выступают в комбинации. Попробуем разобраться во взаимоотношениях трех способов влияния.
Обычно понятие «сила» используется для обозначения телесного воздействия на объект, т.е. в значении физической силы. Однако есть смысл рассматривать ее и как способ психологического воздействия.
Обладание властью в форме силы означает возможность оказать намеренное влияние на объект или ограничить его потенциальные действия.
По мнению Д. Ронга, психическое насилие — весьма распространенный способ властвования.
Иногда оно приобретает институционализированные формы, например в виде ритуальных церемоний унижения, практики черной магии и колдовства, произнесения проклятий и т.д.
Психическое насилие часто сопутствует насилию физическому и не может быть отнесено ни к какой другой форме власти.
В социологическом смысле сила, по мнению У. Коннолли и Р. Берштедта, означает сокращение диапазона свободы выбора, сведение возможных вариантов поступков к одному-единственному.
В дальнейшем мы будем понимать под силой способность или возможность навязывать свою волю другим людям помимо их желания.
В таком значении сила выступает как принудительное влияние. Но это не означает, что во всех случаях два понятия — «сила» и «принуждение» — совпадают.
Власть в виде силы означает способность субъекта добиться желаемого результата в отношениях с объектом либо путем непосредственного воздействия на его тело или психику, либо с помощью ограничения его действий.
Согласно Т. Парсонсу, сила есть способ, но отнюдь не всегда средство, с помощью которого один воздействует на другого. Речь идет об использовании контроля над ситуацией, осуществляемого физическими методами.
В отличие от власти сила применяется только для наказания. Она может выражаться в чисто символической демонстрации способности контролировать ситуацию.
Кроме того, опять же в отличие от власти, силовое принуждение или воздействие является однократным действием.
Насилие по своей сути инструментально, оно всегда нуждается в руководстве и оправдании теми целями, которых достигает. Власть требует не оправдания, а легитимности. Хотя власть и насилие нередко дополняют друг друга, они скорее противоположны, нежели тождественны.
Там, где правит одна, другая, по мнению X. Арендт, отсутствует. Власть не может основываться на насилии; более того, насилие способно разрушить власть, но никогда не сумеет создать ее.
Сходную точку зрения высказывают также Т. Болл, Э. Гидденс, Ю. Хабермас и некоторые другие ученые. Они полагают: если сила используется лишь в качестве наказания за неповиновение, власть фактически не осуществляется, так как субъект не достигает желаемого результата в отношениях с объектом.
Чаще всего применение силы означает, что все попытки добиться подчинения с помощью других методов не имели успеха.
Можно сказать и так: сила, остаток примитивного политического устройства, представляет угрозу сложному обществу. Использование ничем не связанной силы равнозначно саморазрушению власти.
Один человек способен добиться повиновения другого двумя путями, основанными на силе:
Вырвать из рук кошелек с деньгами, значит реально использовать силу. Требование отдать кошелек в обмен на спасение жизни — это угроза применения силы (принуждение).
При всем сходстве силы и принуждения они отличаются по своим параметрам, возможностям, способам применения и результатам. Смешение двух форм власти чревато преуменьшением роли принуждения в человеческих отношениях.
По существу, используя силу, человек обращается с другим человеком или другими людьми как с физическим телом.
Чаще всего мы повинуемся грубой физической силе, особенно если желаем сохранить свою жизнь. Но можно ли назвать это повиновением в строгом смысле? Разве физический объект, передвигаемый с места на место, повинуется?
Неопределенность термина «повиновение», а он, по всей видимости, является решающим в тех случаях, когда речь идет о власти как таковой, заставила некоторых ученых, в частности П. Бахраха и М. Бараца, противопоставлять силу и власть, либо не считать силу разновидностью применения власти.
Сила появилась раньше других способов влияния. Она существует и сегодня. В стаде обезьян всегда есть более крупный, физически сильный и агрессивный вожак, который устанавливает превосходство над другими благодаря своей силе.
В дворовой компании подростков есть лидер, зачастую устанавливающий свое господство благодаря силе, а не уму или знаниям. На силе основано доминирование в армии «дедов» (старослужащих) над «салагами» (новобранцами).
Мафия есть развитая форма рэкета, ибо она представляет собой организованную и разветвленную систему отношений и действий принуждения по отношению к «чужим». Здесь сочетаются запугивание, угрозы, шантаж, убийство.
Силовое принуждение можно установить только тогда, когда другой человек угрожает самому ценному, что у вас есть, — жизни.
Власть появилась много позже силы и авторитета. Случилось это 30-40 тыс. лет назад, когда появились первые вождества. А закрепилась власть 5-6 тыс. лет назад, когда возникли первые государства.
С этого момента следует говорить о новой форме власти, новом ее качестве — институционализации.
На стадии государств власть распространилась на сотни тысяч и миллионы людей, разделяется на исполнительную, законодательную и судебную, превратилась в разветвленный аппарат (бюрократия), начала опираться на традиции, законодательство и конституцию, использовать в своих интересах армию, систему политических партий, пропаганду, полицию, налогообложение и т.д.
Чаще всего приказы отдаются в официальной обстановке — в учреждении, министерстве, больнице, школе, казарме. При этом другие подчиняются приказам не из личных симпатий, а потому что выполняют предписанные роли.
В армии приказы узаконены воинским званием, которое дает командиру право контролировать поведение других. Приказы отдаются не как личные просьбы, а как законное требование, предусмотренное структурой организаций.
Подобным образом отношения складываются в школе, учреждении, министерстве и т. д.
Неподчинение власти грозит не смертью (это крайний и исключительный случай), но обычным увольнением со службы, лишением титулов и званий, понижением в должности, привлечением к суду.
Власть можно рассматривать в масштабах всего общества и отдельной его части — конкретной организации. В том и в другом случае она предстает в виде иерархии разных по значению и влиянию должностей, продвижение по которым предписано законом.
Власть — более широкое понятие, нежели сила, так как она может осуществляться и без применения силы. Хотя чаще всего власть опирается на применение силы в большем или меньшем объеме.
В социологии управления различают два вида власти — позиционную и персональную: одна исходит от позиции (должности), другая от самой личности. В первом случае речь идет о формальной власти руководителя, во втором — неформальном авторитете лидера.
Власть означает также способность манипулировать (пользоваться выгодами своего положения) или контролировать поведение других в собственных целях. При этом вариации поведения могут быть самыми широкими.
Те, кто не ощущает достаточного признания и уважения со стороны других, привлекает внимание окружающих, преувеличивая свои слабости.
Если в коллективе индивид сталкивается с напряжением или непониманием, то в качестве компенсации у него развивается потребность во власти, желание манипулировать окружением.
И наоборот, в благоприятной обстановке властные потребности снижаются, они трансформируются в установку на доверительные отношения.
