Современные философы признают, что само понятие времени кажется столь очевидным, что любые попытки его исследования представляются совершенно безнадежными. Время для нас является некоторой интуитивной данностью, и оно обладает рядом свойств. Время равномерно, однородно, непрерывно, бесконечно делимо, равно самому себе в каждой своей части. Вопрос о времени сегодня (в современной философской ситуации) – это вопрос о его возможности и его понятийной природе. Понять время (равно как и другую проблему) – это суметь выразить его в понятиях. Но именно понятийная (концептуальная) характеристика времени является наиболее проблематичным местом в современном философском дискурсе.
Другое, не менее существенное препятствие заключается в сугубо метафизической природе понятия времени. Время традиционно считается метафизической категорией, но анонсированный еще Ф. Ницше и М. Хайдеггером «конец метафизики» (и, как следствие, конец времени, конец истории) подрывает традиционную логику аргументации проблемы времени. Ж. Деррида не без оснований замечает, что метафизическое понятие времени непосредственно связано с господством присутствия. Поскольку прошлого уже не существует, а будущее еще не наступило, то единственное время, о котором мы можем говорить, – это настоящее, здесь и теперь происходящее, обозначаемое нашим непосредственным сущностным присутствием.
Не менее важным обстоятельством, подтверждающим конец традиционного понимания времени, является технологическое развитие общества, вступившего в новую информационную эпоху. Именно информация подрывает классическое время, до неузнаваемости модифицируя модели его представления и понятийного выражения. Пророк информационной эпохи М. Кастельс так описывает данную ситуацию: «Пространство информационных потоков растворяет время, разупорядочивая последовательность событий и, делая их одновременными, помещает общество в вечную эфемерность… Вневременность бороздит океан, окруженный ограниченными временем берегами, откуда по-прежнему можно услышать стенания скованных временем созданий».
Целью информационных технологий на сегодняшний день является устранение данного посредничества. Теперь, чтобы преодолеть определенное расстояние, уже не нужно времени. Более того, интерактивная компьютерная технология сделала бессмысленным само понятие времени. Современный российский аналитик социального взаимодействия Т. Х. Керимов в связи с этим говорит буквально следующее: «Устранение времени приводит к тому, что коммуникация, по крайней мере, в ее традиционном смысле передачи сообщений, вообще не имеет смысла. Коммуникация мгновенна и не привязана к определенному месту.
Подытоживая свои рассуждения, Керимов приходит к следующим выводам. Во-первых, следует признать, что неметафизическое понятие времени попросту невозможно, поскольку логика репрезентации (представления) времени по своей сути является логикой метафизической, понимаемой в традиционном смысле слова. Если же мы все-таки попытаемся дать «другое» определение времени, опирающееся на другую логику или логику Другого (гетерологику), то в строгом смысле слова начнем заниматься подменами, заменяя традиционные свойства времени (непрерывность, однородность и пр.) на противоположные. В конечном счете мы окажемся в плену классических метафизических противопоставлений, что и доказывает невозможность «другого» определения времени.
Во-вторых, тезис о «конце времени» вовсе не означает, что понятие времени необходимо спасать. Проблема здесь не в природе самого времени, а в наших возможностях его понятийного понимания. Поскольку у нас нет другого понятия времени (так же, как у нас нет другого языка или другой истории), то следует признать невозможность времени как такового. Однако, будучи до конца последовательными, мы должны вслед за концом времени признать и конец пространства, ибо они не только рядоположены, но и сущностно принадлежат метафизическому дискурсу. Либо мы выражаем одно через другое (например, время через пространство), либо говорим о невозможности и того, и другого.
И, в-третьих, следует признать, что понятие (и понимание) времени невозможно без понимания условий человеческого существования. Говоря о времени, мы констатируем факт его исчезновения из пространства нашей очевидности, время исчезает именно для нас, поскольку мы с ним сущностно связаны. Эта связность говорит и о нашем собственном исчезновении (на этом строится критика «метафизики присутствия Ж. Деррида), когда невозможно определить время, то нереально говорить и о человеческом существе, человек теряет один из существеннейших модусов своего бытия.
В таких условиях и сама философия оказывается в подвешенном состоянии. Вполне очевидно, что философия не может не говорить о времени, тема времени существенна для философии как таковой. С другой же стороны, философия должна соответствовать времени, отвечать его требованиям, быть современной и своевременной. Решая эти задачи, философия заново обретает свое пространство и свое время, все менее метафизическое и все более концептуальное.
(Концептуальная философия: учебное пособие, Еникеев А.А., Нижний Тагил: Нижнетагильская государственная социально-педагогическая академия)
