Фундамент сознания составляет сфера «коллективного бессознательного» как система образов и представлений, сформированных на протяжении длительного исторического времени.
Мы обнаруживаем в бессознательном элементы, которые не приобретаются индивидуально, а наследуются, например, инстинкты как импульсы к выполнению действий по принуждению без сознательной мотивации.
Вместе инстинкты и архетипы образуют «коллективное бессознательное». Я называю его «коллективным», потому что в отличие от личного бессознательного оно составлено не из индивидуальных и более или менее уникальных содержаний, а из содержаний, представляющих собой универсальные и закономерные явления.
Инстинкт является по существу коллективным, т.е. универсальным и закономерно повторяющимся феноменом, который не имеет ничего общего с индивидуальностью. Архетипы тоже обладают этим общим с инстинктом качеством и также представляют собой коллективные феномены».
Следовательно, содержанием коллективного бессознательного общественного сознания является опыт человечества, зафиксированный в архетипах. В связи с этим рассмотрим, как развивалось общественное сознание и как формируются архетипы.
Исходя из данной концепции, предлагаем следующий принцип типологии этапов общественного сознания, позволяющий представить, как на различных этапах его развития начинают формироваться архетипы, определяющие отношение к социальной и политической сферам бытия, в том числе и к проблеме власти.
Итак, в процессе антропогенеза общественное сознание прошло следующие этапы:
Отметим, что содержание нового уровня не вытесняет, а «накладывается» на содержание предыдущего уровня, формируя свои архетипы, которые дополняют, взаимодействуют, часто противоречат предыдущим, но тем не менее составляют некое единство, являющееся характерной особенностью того или иного национального менталитета.
Этническое бессознательное состоит из материала, который каждое новое поколение учится репрессировать в соответствии с требованием преобладающих культурных образцов».
Коллективное бессознательное отражает становление общественного сознания и заключает в себе архетипы, сформированные на протяжении всей истории человеческого рода.
До сих пор в психологической теории полностью не определены механизм формирования и содержание архетипов.
Известный специалист по аналитической психологии А. Яффе в работе «Наука и подсознание» писал: «Мы еще далеки от понимания подсознания или архетипов, этих подвижных ячеек психики, во всей полноте их проявлений.
Единственное, что нам сейчас понятно, – архетипы оказывают огромное воздействие на личность, формируя ее чувства, мораль, миропонимание, оказывая влияние на взаимоотношения индивида с другими людьми и, таким образом, на всю его судьбу.
Понятно также, что архетипы могут действовать в разуме человека и как созидательные, и как разрушительные силы».
К. Юнг обращает внимание на то, что архетип – это прежде всего эмоциональный образ. В коллективном бессознательном остается не память о прошлом, фактах и событиях, а «осадок» в виде эмоционального образа, и, сталкиваясь с подобной ситуацией или символом этой ситуации, сознание безотчетно «выдает» одинаковую реакцию.
Так в процессе своего развития общественное сознание формирует архетипы – модели, которые, с одной стороны, фиксируют прошлый опыт, а с другой – определяют поведение – реакцию на подобную ситуацию в настоящем и будущем.
«Как архетипы воздействуют на наши ощущения? Прежде всего, через неразрывно связанные между собой образ и эмоции. Если один из этих элементов отсутствует, значит, нет и архетипа. Один образ сам по себе – это лишь слово-изображение, мало что значащее.
Будучи же заряжен эмоциями, образ обретает трепетность (или психическую энергию), динамизм, значимость. Архетипы не просто имена и даже не философские понятия. Это частицы самой жизни, образы, которые неразрывно соединены эмоциями с живыми людьми».
Бессознательное – это совокупность живых эмоциональных образов.
Но как проявляются и как закрепляются архетипы? Очевидно, через мифологию. На основании изучения мифологических сюжетов возможно исследовать, как происходило формирование архетипов и их закрепление в индивидуальном сознании через коллективное бессознательное.
И именно поэтому имеет смысл рассмотреть этапы общественного сознания, формирующие свои особые модели освоения мира, закрепленные в архетипических образах.
I. Родовое сознание.
На ранних стадиях формирования общественного сознания главным действующим лицом являются род, племя.
Язык рода формируется наряду с образованием «своего» особенного родового мифа. (Мы употребляем это слово в его гносеологическом значении: греч. «mythos» – сказание, предание.)
В ранних мифах отразилась потребность рода объяснить то, что его окружает, зафиксировать свою причастность к природе, желание войти с ней в живой диалог как с равным партнером. Это породило первую форму сознания человека, причастного к роду, – целостность и синкретизм его переживаний.
Общественное сознание на ранних стадиях развития фиксирует целостный образ жизни, а ритуалы и обряды отражают прежде всего идею родства человеческой группы с растениями и животными, которые персонифицируются и наделяются не только человеческими, но и сверхъестественными качествами.
Исследователи отмечают, что в тотемизме и анимизме имеются две стороны – социальная и религиозная.
Тотемизм явно коренится в коллективном жизневосприятии, а никоим образом не в каком-нибудь чувстве индивидуализма, здесь «группа людей входит в связь с животным и растительным миром».
Чем обусловливается именно эта связь? Очевидно, «что один клан научился использовать какое-нибудь животное или части его таким образом, который характерен для его культуры» (например, ношение шкур определенного животного, поясов из травы и т.д.).
«Ясно, что первобытный человек, мыслящий себя как частичку окружающей природы, должен чувствовать необычайно интимную связь между своим кланом и тем видом животного, который отличает его от других».
Рис. 1. Этапы формирования общественного сознания и архетипов
Э. Дюркгейм видел в тотемизме первоначальную форму всякой религии вообще. С его точки зрения, тотем – это элементарная форма божества, которая есть символ первобытного клана, в его лице клан чтит самого себя. «Тотемизм сводится к чему-то вроде самопочитания группы».
Следы и пережитки тотемизма и анимизма обнаруживаются практически везде.
В японском синтоизме с пережитками тотемизма связано почитание животных: лисиц, обезьян, черепах, змей и т.д.
В Индии широко распространенный культ животных восходит, вероятно, к двум корням: к скотоводческому культу древних арийских племен и к тотемическим верованиям мунда-дравидских народов.
Тотемизм и анимизм оказали огромное воздействие на культуру Древнего Египта.
Каждый город не только имел свой культ богов, воплощенных в камнях, деревьях, зверях, птицах, но и сам персонифицировался с каким-либо животным, образ которого ассоциировался с определенными качествами: силой, ловкостью, красотой, хитростью, доверчивостью.
Позже произошла антропоморфизация пантеона, однако зооморфные черты не были вытеснены в изображении богов окончательно. Например, богиня Баст изображалась в виде женщины с кошачьей головой, бог Тот – в виде человека с головой ибиса и т.д.
В Древней Греции следы тотемизма сохранились в преданиях о происхождении мирмидонян от муравьев, о змееногом Кекропе, основателе Афин, в мифах об оплодотворении смертных женщин Зевсом в образе какого-нибудь животного либо золотого дождя.
Известное предание о волчице, вскормившей легендарных Ромула и Рема – основателей Рима, есть отголосок тотемизма, да и русские сказки о медведе-батюшке также яркое тому подтверждение.
В родовом сознании коренятся многие особенности дальнейшего развития общественного сознания. И именно здесь начинают формироваться архетипы, связывающие род, а в дальнейшем и этнос с миром животных и растений.
Современные государства в национальной символике используют образы животных и растений как знаки единения, принадлежности к определенной группе. Здесь же начинает формироваться отношение к власти как к сакральному явлению, наделенному некими метафизическими способностями.
В этот период формируются архетипы Рода, Дома, Матери-Природы, сакральности власти, психоэмоциональная установка «свои – чужие».
II. Коллективное сознание: магическое, этическое, полисное.
Однако есть ряд общих черт с предыдущим этапом. Человек также поглощен общностью, коллективное сознание которой нацелено на сохранение и воспроизводство данной системы. Обряды, традиции жестко фиксируют функцию каждого индивида в этой системе, чтобы сохранить ее целостность.
Основным культом в обществе продолжает оставаться культ умерших предков. Однако все эти черты претерпели кардинальные изменения.
Прежде всего, происходит выделение социума из природы: она превращается во внешний объект, преобразование которого теперь становится одним из направлений приложения усилий.
Магическое сознание. Так как в древних цивилизациях огромную роль играет реальность потустороннего мира, то на передний план общественной жизни выходят люди, берущие на себя заботу не только о собственной душе после смерти или о душе верховного властителя, но и о душе каждого, проживающего в социуме.
Это время ознаменовалось появлением мистерий. Наиболее почитаемыми были мистерии Исиды, Сабазия, Кибелы и элевсинские.
Многие ритуалы масонства основываются на испытаниях, которым древние жрецы подвергали кандидатов при инициации. Мало кто осознает, до какой степени древние секретные школы влияют на современные умы, а через них и на умы последующих поколений.
Р. Макой в книге «Общая история масонства», отдавая должное той великой роли, которую сыграли древние мистерии в становлении человеческой культуры, писал:
«Оказывается, все совершенство цивилизации, все достижения науки, философии и искусства древних обязаны тем институтам, которые под покровом тайны пытались описать тончайшие истины рели- гии, морали и добродетели и вложить их в сердца учеников…
Их основные усилия были направлены на учение о едином боге, воскрешении человека к вечной жизни, благородстве человеческой души. Они хотели подвести людей к тому, чтобы те видели отсвет божественности в красоте, величии и совершенстве Вселенной».
В этот период достигает своего апогея мистический символизм и ритуальность поведения. В магическом сознании формируется и закрепляется представление о том, что посредством определенных действий можно повлиять на реальность и изменить ее, а символы и ритуалы – необходимые атрибуты этого процесса.
Более того, действия эти можно совершать только с членами своей группы, что психологически их объединяет.
Молодой развивающийся этнос, как правило, мигрировал или воевал в поисках «своей» территории и ради отстаивания прав своих богов. Это вызывало необходимость в кардинальном развитии мифа, который смог бы объединить племена в единый целостный организм.
Племенные боги должны были «подчиниться» более значимому, который покровительствовал бы всему этносу и объединил бы его членов едиными целевыми установками.
Происходит постепенная переориентация акцента в мистериях с богов Земли на богов Неба, выстраивается новая иерархическая структура включенности социума в космогоническую картину мира, формируются новые отношения.
Слагается «священная» история этноса, отраженная в эпической форме и призванная продемонстрировать богоизбранность данного народа.
Герои эпоса становятся национальными героями и образцом для подражания для всех слоев населения. Начинают вырабатываться общие моральные нормы. Все это свидетельствует о постепенно складывающемся ином, чем «магический», типе сознания.
3. Полисное сознание. В эту же эпоху идет формирование новых социокультурных общностей не только по этническим, но и по политическим критериям. Выделяется особая форма сознания, принадлежащая полису.
Полис – город-государство, где проживали свободные граждане, равные друг другу по своей «непохожести» на остальных «других». На этом этапе происходит зарождение идеала свободного человека и самой культуры в современном ее значении, отражающей усложнившуюся взаимосвязь человека как с реальным бытием, так и с миром богов.
Критерием «свои – чужие» становится государственная принадлежность. Человек начинает осознавать и идентифицировать себя со своей социальной группой, со своим этносом и со своим государством. На этом этапе формирования коллективного сознания образуются архетипы, характерные для определенного этноса и государства.
III. Религиозное сознание.
Прежде чем непосредственно перейти к анализу религиозного сознания и его особенностей, есть смысл обратиться к этимологическому значению слова «религия», которое включает в себя несколько корневых значений (в переводе с латинского): religion: re – обратно; ligare – связывать, возврат; liga – союз, связь, единство, сообщество; light – свет.
Первое значение этого слова свидетельствует о главной цели религии – объединение людей в момент их приобщения к Свету.
«Возвращение Света» – вера как Свет, возвращенный на Землю. Формируется новый уровень сознания – религиозный – как свидетельство изменившейся картины мира и включенности человека в новую систему ценностей.
Человек начинает обретать свободу вследствие своего отчуждения от природы и от общепринятых норм и правил.
Мир изменился, рухнули прежние связи, скреплявшие социум в один монолит, и человек впервые познал чувство страха и одиночества. Это и стало одной из причин формирования религиозного сознания, и возникнуть оно могло только на этой стадии развития человечества, и никак не раньше.
Э. Дюркгейм заметил, что религия делает священными, т.е. особо ценными и почитаемыми, связи, придающие целостность социальным группам и противодействующие разобщению людей в ходе разделения общественного труда и социального разделения.
Если философия ищет общие смыслы бытия, если ее решения проблематичны, гипотетичны и необязательны для простых людей; если мифология иносказательна, поучительна и не предполагает к себе священного отношения; если искусство своими средствами выполняет ту же задачу, но не требует веры в реальность происходящего, то святые смыслы религии каноничны, общепонятны и непререкаемы.
Основной целью религиозного сознания является объединение разнородных племен в одно сообщество, связанное идеей своей богоизбранности.
В религиозном сознании акцент был смещен на самого человека как активное действующее лицо в диалоге с Богом в целях формирования собственной души и ее спасения.
На этом этапе формирования общественного сознания складываются архетипы, отражающие опыт освоения бытия религиозной практикой, содержание которых напрямую зависит от формы религии.
IV. Национальное сознание.
Слияние религиозного и национального сознаний происходит при условии, что совпадают во времени потребность нового этноса в укреплении своих внутренних связей и необходимость принципиального выживания этноса, связанная с опасностью внешнего уничтожения.
Тогда новый религиозный идеал становится открытой, официальной целью, стержнем развития народа в единую нацию. Появляется феномен «национального духа», требующий сакрализации своей культуры и истории государства.
Происходит это, как правило, во враждебном окружении других народов. На этом этапе сознание человека формирует новые архетипы нациигосударства.
V. Индивидуальное самосознание.
Индивидуальное самосознание начало формироваться внутри религиозного сознания как результат развития человека по пути освобождения от фатальной зависимости от прежних форм регламента проживания.
Социум развивался и требовал от человека проявления его новых способностей, и благодаря развитию культуры в обществе стали появляться другие идеалы, об осуществлении которых было заявлено еще во времена античности.
Эта потребность в красоте, знаниях не только о Боге, но и о природе, о человеке, которые рассматривались теперь как Его творения, особенно характерна для европейской культуры.
Два принципиальных момента сыграли в ее истории активизирующую роль – эпоха Возрождения, породившая титанов мысли и искусства, и бурное развитие науки, техники, производства, приведшее к полному отчуждению человека от природы, социума, а значит, и от религии.
Для этого этапа характерно обострение внутренних противоречий между социумом, человеком, природой.
Не раствориться, а стать необходимым звеном в цепи мирового процесса, сохраняя «свое лицо», – вот задача, с которой сегодня сталкиваются отдельные общности, образующие человечество.
Те же процессы происходят внутри социума. Стремление человека к максимальной личной свободе и желание укрепить целостность общности – парадокс, который пытается разрешить именно этот уровень сознания.
Это связано с ростом мобильности, с дестабилизацией всей социальной структуры, с увеличением плюрализма групповых структур и идущих от них культурных норм, а также и с рационализацией сознания.
На этом этапе развития общественного сознания начинают формироваться архетипы личной свободы, которые часто находятся в противоречии с более ранними и более древними архетипами, порождая на первый взгляд немотивированные и иррациональные поступки индивида.
Рассмотрев этапы формирования общественного сознания, принцип образования архетипов и их корреляцию с формами общественного сознания, мы, таким образом, можем условно представить содержание коллективного бессознательного.
(Карадже, Т.В. Политическая философия: учебник, МПГУ)
