Изначально герменевтика развивалась в рамках теологии (библейская экзегетика), юриспруденции (толкование законов) и истории (понимание исторических событий). Однако уже немецкие романтики (среди теоретиков можно назвать В. Дильтея и Ф. Шлейермахера) пришли к мысли, что понимание (Verstehen) и интерпретация имеют отношение не только к письменным источникам, но и к жизни человека как такового. Поскольку жизнь человека – это всегда отношение с другим человеком, и здесь имеется в виду всеобщее соотношение людей друг с другом и с миром в целом.
Таким образом, возможность понимания – это основополагающая способность человека, выражающая его существо в совместном бытии с другими людьми. В то же время не следует забывать, что «человек обречен на язык» (М. Хайдеггер), поскольку понимание тесно связано с текстуальностью выражения человеческого существа. Немецкие романтики формулировали это как «Indi-viduum est ineffabile» (индивид неизрекаем/невыразим). Это означает, что языку никогда не достигнуть последних, неискоренимых тайн индивидуальности человека. Наверное, именно поэтому язык говорит лишь о себе самом, а не о человеке как таковом.
После постулируемого разделения наук на «науки о природе» и «науки о человеке» (Э. Кассирер, неокантианцы) герменевтика оказалась, с одной стороны, частной наукой о человеческом понимании, а с другой – универсальным методом гуманитарного познания.
М. Хайдеггер углубил категорию «понимания» до статуса экзистенциального состояния человека. Хайдеггер вводит такое понятие как Dasein (здесь-бытие), понимаемое как наличное бытие, присутствие. Здесь появилась возможность говорить о герменевтике не только как о методе, но как о науке в целом, области поэтики и пространстве истории. Герменевтика оказалась в широком контексте социально-гуманитарного познания. Одно из ключевых понятий герменевтики – герменевтический круг. Герменевтический круг – это парадокс, согласно которому для понимания части (текста) необходимо понимание целого (контекста); в то же время для понимания целого (текста) необходимо понимание его частей.
Ф. Шлейермахер в этой связи различал два типа целого:
Первая целостность – объект «грамматического анализа», вторая – объект «технического анализа» (терминология Шлейермахера). Общее понимание смысла текста должно возникать на пересечении грамматической и технической интерпретации. Цитата из Шлейермахера по поводу герменевтического круга: «Любая часть текста может быть понята только с помощью понимания целого, а потому любое объяснение данного элемента уже предполагает, что целое было понято».
Разделение на «субъект» и «объект» в процессе познания не отражает истинную сущность человеческого бытия. Правильно говорить о «бытии-в-мире», именно в концептуализации данного понятия Хайдеггер видит суть трансцендентальной аналитики Dasein. Хайдеггер считал, что постижению этого бытия нам поможет язык (известная метафора «язык – это дом бытия»), может быть, поэтому тексты позднего Хайдеггера напоминают скорее поэтические рефлексии, чем философские исследования. Можно обозначить два направления в развитии герменевтики, идущие непосредственно от Хайдеггера:
1. Критика субъекта (у Хайдеггера против субстанции, от которой он производен, против метафизики):
2. Развитие понятия «диалог» (М. Бубер):
Критика Хайдеггера со стороны Ж. Деррида строится на обвинении в «логоцентризме» (термин Деррида), поскольку в центре философских размышлений Хайдеггера оказывается всегда только сам язык. Проект «преодоления метафизики», о котором говорил Хайдеггер, провалился в область «фундаментальной онтологии». Поэтичность языка Хайдеггера выдает в нем последователя немецких романтиков. Деррида считает, что цель была достигнута Ф. Ницше, он был более последователен в вопросе о познании истины. Для Хайдеггера вопрос о бытии, равно как и вопрос о понимании человеческого существа, – это вопрос «перевода» с одного языка на другой.
Понять – значит «перевести» в свою систему ценностей, сделать понятным «для себя». Согласно же Ницше, нужно постоянно совершать «переоценку ценностей» и отказаться от претензии на обладание истиной, равно как и на понимание со стороны другого человека.
В зрелом виде герменевтика представлена работами Г.-Г. Гадамера и П. Рикера. Гадамер разрабатывал герменевтику как «философию понимания». Понимание для него – универсальный способ освоения мира человеком, в котором наряду с чисто теоретическим познанием важную роль играет «жизненный опыт» (непосредственное переживание), «опыт истории» (понимаемый как различные формы практики), «опыт искусства» (формы эстетического переживания). Формирование опыта происходит в языке. Именно язык помогает мысли воплотиться, развернуть свой смысл и тем самым реализоваться. Это применимо и к философскому языку, который, по мысли Гадамера, тесно связан с повседневным языком («языком переживания»).
П. Рикер – представитель эпистемологической традиции в трактовке герменевтики. Он считает, что не существует понимания самого по себе, оно всегда опосредовано знаками, символами и текстами. Поэтому герменевтика возвращается к своим корням – «искусству толкования», интерпретации этих знаков и символов. Смысл не дается непосредственно (в виде, например, интуитивного озарения), он всегда опосредован культурой, традицией, языком, историей, обществом.
Благодаря своей текстуальности (выраженности в знаке) смысл обретает три уровня знаковой автономности:
(Концептуальная философия: учебное пособие, Еникеев А.А., Нижний Тагил: Нижнетагильская государственная социально-педагогическая академия)
